Иван Смирнов показал чудеса импровизации

Выдающийся гитарист Иван Смирнов выступил со своей группой в Воронеже в рамках проекта “Джазовые сезоны”.

Неблагодарное дело – описывать, что играют и обыгрывают два Ивана (отец и младший сын) с акустическими гитарами, Михаил Смирнов (старший сын) с клавишными, аккордеоном и арсеналом перкуссионных инструментов, а также Сергей Клевенский с кларнетом и всевозможными этническими “дудками”.

Казалось бы, композиции, сочиненные Иваном-отцом и Михаилом, кочуют из концерта в концерт. Альбомов – по пальцам перечесть. А музыка всякий раз новая. Основа академическая, мотивы – фольклорные и роковые, исполнение – джазовое… Или блюзовое. Или рок-н-ролльное.

– Как Бог на душу положит, – объяснил этот механизм Иван Смирнов, чье творчество уже несколько десятилетий получает восторженные оценки экспертов и публики. – Мы играем “старые” мелодии, но всегда импровизируем, какие-то находки потом запоминаем и оттачиваем. Например, всегда исполняем “Когда сжигают золотые листья”, и порой я сам эту композицию не узнаю, думаю: ишь, куда занесло! Меня тут спросили, как я отношусь к дворовой игре на гитаре – пресловутым “трем аккордам”. Про двор отдельная тема – если с гитарой сидят, то уже хорошо: не уверен, что сейчас это еще модно. А про музыку вот что скажу. У нас в репертуаре есть вещи, где аккорд всего один. Понимаете? Дело не в количестве аккордов, а в форме, обрамлении, обертонах…

Благодаря родству Смирновы понимают друг друга почти без слов. Артистичный Клевенский, востребованный в ряде фолк-проектов, от этой троицы отличается, но не отделяется. Они легко подхватывают музыкальные “реплики”, шутят, уступают, где надо, лидерство.

– Мы уже лет 15 не репетируем, – признался Иван-старший. – Михаилу ничего не надо советовать, он состоявшийся композитор и исполнитель, чуть ли не к сотне фильмов музыку написал, у него свой замечательный фолк-коллектив “Art Ceilidh”. Ваня очень быстро прогрессирует, у него полно своих вещей, идей. Сережа Клевенский уникальный музыкант и грамотный, гораздо лучше других играет на волынке, калюках, рожках – он нарасхват…

Группа (в виде дуэта, трио или квартета) – частый гость фестивалей: джазовых, блюзовых, этнических, бардовских. Но музыканты предпочитают выступать самостоятельно.

– На фестивале настроишь аппаратуру, саундчек проведешь – вроде нормально звучит. Но выйдешь на сцену после кого-то – и хоть вешайся, все настройки сбиты. Суета сует, столько накладок и нервов лишних. А нам важно качество – независимо от того, где выступаем и перед кем, – отметил Иван Смирнов.

Вы определяете для себя, где “периферия”, где – подкованная публика?

Иван Смирнов: Есть провинциализм, но это другое понятие. “Периферия” сегодня – это Москва. Мы недавно проехали Сибирь, совершенно образцовый в плане культурной среды Красноярск, Воронеж тот же – разве в плане музыки это глушь? Залы на инструментальных концертах набиты битком, люди устали от звукового безобразия, которое у всех на слуху. А в Москве ситуация хуже всего. Огромный город все впитывает и в себе растворяет. Многие, например, джазовые музыканты рвутся туда с “периферии” в надежде найти признание у слушателя и уезжают несолоно хлебавши. Отчасти это вопрос менеджмента. Леша Архиповский (виртуозный балалаечник. – “РГ”) сыграл в свое время на “Евровидении” – и занял некую нишу. А другие предпочитают около киосков, в метро играть что-то такое околофламенковое, достаточно банальное…

На определенном этапе у музыкантов возникает желание что-то после себя оставить для истории. У вас есть такие намерения?

Иван Смирнов: Да, это правомерно. Вот у меня записаны эти несчастные три альбома в нескольких релизах (“Карусельный дед”, “Страна, где ночует солнце” и “Крымские каникулы”). Я бы, действительно, некоторые изданные концертные вещи переписал, сделал бы некое “Избранное”. Масса всяких вещей незаписанных. Записана, но не издана музыка моего отца, он тоже был композитором: фортепианные произведения, квартеты и все такое прочее… Я хотел бы что-то из его сочинений сыграть. Вот если бы это все было сделано, я был бы счастлив и готов спокойно… уходить на покой. Свои ноты, табулатуры я не записываю – если кто захочет пусть занимается. Это адский труд, потому что музыка нестандартная и импровизационная: мозги сломаешь, пока запишешь правильно.

А преподавать, опыт передавать молодым не собираетесь?

Иван Смирнов: Мастер-классы даю, когда просят. Но там я в основном говорю о музыке, а как ее сыграть – каждый решает по-своему. Если интересна какая-то моя техника, показываю. А преподавать я не могу. Например, положено заниматься час. Я начинаю с учеником сидеть, проходит три часа, четыре – он не встает, а я не могу сказать: “Слушай, парень, все, пока!” А Ваня дает уроки.

Как вы поддерживаете творческую форму?

Иван Смирнов: Последнее время все хуже и хуже… У меня появляется масса такой музыки, которую я никогда не стану играть в концертах. Не знаю прямо, что с ней делать. Уж и друзьям всем играю… Например, написал что-то такое явно для вестерна, как у Эрио Морриконе. Причем надо же, сразу и форма решается без особых проблем. Куда деть? Ну, пусть будет. Шедевры каждый день не рождаются, но ты все время пребываешь в напряжении. Некоторые, как Пол Маккартни, регулярно что-то выдают на-гора, но не каждый так может. И если, как говорится, художник ничего за семь или десять лет не написал или не издал, это не значит, что он свободен от изматывающей внутренней работы.

Кстати

10 марта в Воронеже в книжном клубе “Петровский” состоится творческая встреча с музыкантами квартета Ивана Смирнова и показ документального фильма Владимира Жарова “Иван”. Начало в 16 часов, вход свободный.

Текст: Татьяна Ткачева

Фото: Игорь Филонов

“Российская газета”

Постоянная ссылка